Традиционной иранской музыке трудно подобрать аналоги в европейской традиции. Она никогда не использовалась в религиозных церемониях - в исламе подобное недопустимо. Ее не назовешь народной - она доступна только профессиональным исполнителям и требует подготовленного слушателя. Музыка эта ни в коем случае не развлекательная, у нее совершенно другое настроение. Способен ли вообще человек, впервые услышавший музыку Ирана в зрелом возрасте, оценить ее красоту и проникнуться ее особой страстностью? Даже если ничего не знать об этой музыке, она может пробрать до мурашек по коже. Но лишь в том случае, если отстраниться на время от ритма повседневности и понять, что движение бывает не только вперед или назад.
Какое уместное заявление!
Для начала хотелось бы сказать: в нашей музыке существуют эстетические и культурные ценности, устоявшиеся со временем. Они – наша сущность, наша идиосинкразия. Тем не менее, по прошествии времени эти ценности изменяются в связи с коммерциализацией музыки и ее приспособлением ко вкусам современной публики, ее опопсением. У нас есть "жесткая сальса" (salsa dura), имеющая большее сходство с традиционной сальсой; тимба и сонго – в том виде, как сейчас их играют современные кубинские группы. В то же время распространяется повсеместно романтическая сальса, слащавая, с текстами на любовные темы, исполняемая физически привлекательными мальчиками и девочками часто "на автомате" и без всякого понятия о клаве (ритме).
Даже если и так, что же тут плохого?
Позвольте мне сказать, что эта музыка, которая начала существовать, сосуществовать, размножаться и развиваться, я бы сказал, еще начиная с двадцатых годов до сегодняшнего дня на Кубе, в Нью-Йорке и Пуэрто-Рико, осталась все той же музыкой, которая лишь приобрела другие оттенки. Ритмы, которые стали популярными тогда, до сих пор популярны, не изменились ни их структура, ни состав инструментов.
Новая тимба начинается с того момента, когда Хосе Луис Кортес (Эль Тоско), после работы с "Лос Ван Ван" и "Иракере" (флейта и саксофон), создал с помощью других бывших участников "Иракере" собственную группу "N.G. La Banda". Новая группа объявила себя лучшей при помощи простого и звучного слогана: "La Banda que manda" ("Здесь командуем мы" – прим. перев.). Жесткие металлические аккорды, вольные аранжировки самого Кортеса (как на раннем, так и на последующем этапе развития группы), ритмические основы, извлеченные из румбы и музыки йоруба (двух наиболее дискриминированных на Кубе музыкальных направлений), плюс манера исполнять песню как "ответ-вопрос" (выделять солиста и хор), стали визитной карточкой группы, и, собственно, основными принципами тимбы.
Кроме NG, пожалуй, самая горячая группа тимбера – La Charanga Habanera (которая уже не имеет ничего общего с традиционной чарангой – кубинским духовым оркестром, в Испании – военным оркестром). Также среди пионеров тимбы – Манолин, самолично окрестивший себя "Medico de la Salsa" ("Доктор Сальсы") и Пабло Альфонсо Фернандес Гальо ("Paulito FG y su Elite"), молодой исполнитель, кумир девушек, окрестивших его "Элвисом тимбы". Экс-участник NG Исаак Дельгадо более близок к романтико-эротической нью-йоркской и карибской сальсе, его стиль более спокоен. Взрывают современную сцену такие группы, как Dan Den, Pachito Alonso y sus Kini Kini, Yumuri y sus Hermanos… И по-прежнему наравне с новыми звездами выступают Адальберто и Лос Ван Ван…
В период 60-х, отмеченный всем миром как период "страстей по рок-музыке", на Кубе появляются новые интересные ритмы: Pachanga Эдуардо Дэвидсона, Pa'ca Хуанито Маркеса, Pilon Пачо и Бонне и Mozambique Пэльо эль Афрокана, привлекая внимание множества танцующих к национальной музыке. Тем не менее, ни один из новых стилей долго не продержался. Двое из изобретателей, Дэвидсон и Хуанито Маркес, переехали в Соединенные Штаты, мозамбик подвергся, как всегда, жестокой критике…
Тяжелые времена наступили для кубинской танцевальной музыки. В 1968 году все кабаре и танцевальные салоны были закрыты минимум на год, многие так больше никогда и не открыли свои двери. Но даже в тяжелом 68-м начало звучать нечто новое – это были аранжировки еще никому не известного Хуана Формеля, экс-басиста Хуанито Маркеса, в исполнении оркестра Элио Реве.
Самый важный феномен популярной кубинской музыки 90-х – это, несомненно, то, что получило сначала название salsa nueva, а потом превратилось в тимбу. Можно смело утверждать, что речь идет о новом оригинальном течении в танцевальной музыке, претендующем на общемировую популярность. Однако прежде всего, как мы полагаем, тимба – наследница долгой культурной музыкальной традиции.
Как и ранее возникавшие стили (дансон, сон, мамбо, ча-ча-ча), тимба вначале подвергалась жесткой критике сторонников сохранения традиций (вспомним феномен Новой Тровы 70-80-х годов, – течения, которое также вызвало массу дискуссий, и в результате те, кто были горячими ее противниками, сейчас почитаются как ее самые большие знатоки). Некоторые очень популярные сейчас исполнители, такие, как N.G. La Banda, Charanga Habanera, Paulito y su Elite, El Medico de la Salsa были безжалостно раскритикованы и в средствах массовой информации, но среди молодого поколения их популярность только росла.
Гоа-транс получил свое название из далекой Индии (штат Гоа). Там, еще в 60-е годы, любили отдыхать хиппи, которые были без ума от восточной мистики. Изначально направление называлось эсид-хаус. Это были вечеринки под техно-музыку. На них народ вытворял что хотел, наплевав на запреты властей. Люди танцевали до утра, предварительно наевшись наркотиков. Данный стиль близок к психоделик-трансу, именно поэтому эти направления часто путают.
Психоделик-транс – это определенный протест против войны. Здесь много зависит от звука, а не от ритма. Этот стиль наполнен сумасшедшими синтетическими звуками. О звуках психоделик-транса говорят, что это звуки пришельцев. Гоа транс больше сконцентрирован на быстром, жестком ритме и повторе примитивных мелодий. На первом плане выступают барабаны, а уже потом идут различные семплы. Для мелодик гоа-транса часто используют кришнаитские напевы.
Свинг как джазовое направление музыки появляется в начале 30-х годов. 29-й год застал Америку Великой Депрессией, что привело к распаду большинства традиционных джазовых оркестров, играющих диксиленд или Чикаго. Оставались на плаву лишь псевдоджазовые коллективы, играющие коммерческую музыку. Термин «свинг» был придуман в качестве замены негативного для белого населения термина «джаз». Так менеджеры пытались популяризовать свою музыку, не придавая ей окраски музыки черных.
Основой в музыцировании свинга стали вокальные импровизации на фоне сложного оркестрового аккомпанемента. Скоро оркестр приобрел стандартный состав. Он состоял из тромбонистов, трубачей, саксофонистов и ритм-секции – гитары, фортепиано, контрабаса и ударных. Свинг стал переходным направлением в джазовой музыке от горизонтального интонирования к вертикальному. Поэтому появляется еще одна важная должность – аранжировщик. Ритмическая природа джаза также претерпела некоторые изменения. С двухдольного ритма музыканты переключились на четырехдольный (four beat). Поэтому свинг передает ощущение ускоренного темпа, играя на той же скорости.
Рок-н-ролл зародился в Америке в 50-х годах ХХ века. Предпосылками к его появлению стала потребность молодого поколения в более ритмичной танцевальной музыке. Настроения, появившиеся в обществе, были восприняты диск-жокеем американского радио Аланом Фридом, который на своей радиостанции постепенно пускал в эфир ритм-энд-блюзовые композиции.
До этого момента такая музыка считалась проявлением уличной, чернокожей культуры. Алан Фрид назвал эти ритмичные вставки на радио «Rock'n'Roll» буквальный перевод названия - качайся и крутись, иначе танцуй. Новое направление, предложенное Аланом Фридом постепенно превратилось в модное музыкальное движение. В 1955 году в широкий прокат вышел музыкальный фильм "ROCK AROUND THE CLOCK" , построенный на ритмах рок-н-ролла. Выход этого фильма координально изменил всю популярную музыку 50-х. Легкость и простота аранжировки, подчеркнутая выразительность исполнения, овладевающий и бесшабашный ритм – основа рок-н-ролла .