Всякому, кто слушает музыку Марли, следует сразу иметь в виду, что понять ее без хотя бы беглого ознакомления с историей растафарианского движения невозможно (краткая история растафарианства в конце рассказа); нельзя воспринимать ее как простую часть поп-культуры и слушать духовные гимны - а именно таковыми является большинство песен Марли - в отрыве от его мистического опыта, чьим продуктом они были. Проще говоря, человек, знакомящийся с песнями Марли без их контекста, рискует в лучшем случае воспринять певца как очередного политического анархиста в ряду бунтующей молодежи 60-х - тогда как он был в первую очередь духовным лидером и визионером, равных которому и сегодня рок-н-ролл не знает.
Какое уместное заявление!
Для начала хотелось бы сказать: в нашей музыке существуют эстетические и культурные ценности, устоявшиеся со временем. Они – наша сущность, наша идиосинкразия. Тем не менее, по прошествии времени эти ценности изменяются в связи с коммерциализацией музыки и ее приспособлением ко вкусам современной публики, ее опопсением. У нас есть "жесткая сальса" (salsa dura), имеющая большее сходство с традиционной сальсой; тимба и сонго – в том виде, как сейчас их играют современные кубинские группы. В то же время распространяется повсеместно романтическая сальса, слащавая, с текстами на любовные темы, исполняемая физически привлекательными мальчиками и девочками часто "на автомате" и без всякого понятия о клаве (ритме).
Даже если и так, что же тут плохого?
Позвольте мне сказать, что эта музыка, которая начала существовать, сосуществовать, размножаться и развиваться, я бы сказал, еще начиная с двадцатых годов до сегодняшнего дня на Кубе, в Нью-Йорке и Пуэрто-Рико, осталась все той же музыкой, которая лишь приобрела другие оттенки. Ритмы, которые стали популярными тогда, до сих пор популярны, не изменились ни их структура, ни состав инструментов.